Эта маленькая собачка с незавидной судьбой давно стала в России культовым персонажем. Му-Му знают все. Ее трагедия отражена в кинематографе, песнях и анекдотах. Есть памятник Му-Му (почему-то в Питере) и одноименная сеть ресторанов (в Москве)… Кажется, все детали жизни собаки Герасима давно известны, а мотивы утопления животины до сих пор со звериной серьезностью анализируются в литературоведческих исследованиях.

Лишь один момент ускользает от зоркого взгляда любителей российской словесности — география вынужденного преступления глухого дворника. Именно глухого, а не глухонемого, как часто предстает Герасим в современных интерпретациях. Дело в том, что в XIX в. никто бы и думать не стал заниматься с глухим дворовым мальчиком развитием речи. Родись Герасим на сто лет позже, и автору пришлось бы называть свое произведение не «Му-Му», а «Полкан» или «Жучка». И это была бы совсем другая история.

Драма с собачкой, описанная Тургеневым, действительно разыгралась в Москве в середине XIX века. Реальная история имела место в городском имении Тургеневых, и прототипом барыни выступила родная мать автора, властная Варвара Петровна Тургенева.

Род дворян Тургеневых вел свое начало от татарских мурз (князьков), перешедших на службу московскому царю. К началу XIX в. семья обеднела, поэтому и поселилась в маленьком даже по тем временам деревянном доме на не престижной, но близкой к центру Москвы окраине — Остоженке, о которой следует сказать особо.

Район Остоженки начинался как поселение выходцев из Киева еще в XIV-XV веках. В то время самое высокое место здесь называлось Киевцом. На вершине холма стояла одна из самых старинных московских церквей — Николы на Киевце. Холм, сглаженный веками, можно обнаружить и поныне — это место под Оперным центром Галины Вишневской, выстроенным несколько лет назад как раз на месте церкви. Центр — одна из немногих действительно удачных стилизаций последнего времени под архитектуру сталинского периода. Сама Никольская церковь была разобрана еще до революции, но строить что-либо на святом месте не стали, а оставили вершину Киевецкого холма как есть. Но сегодняшнее время не терпит пустоты, особенно если эта пустота в центре Москвы. Поэтому и так призрачные надежды на восстановление исторического храма растаяли как туман над Москвой-рекой…

Долгое время предания о киевских переселенцах, поселившихся в московских предместьях, оставались для историков всего лишь красивой легендой. Доказательства происхождения населения Киевца, а соответственно, и Остоженки от киевлян были получены только в 1935 г. в ходе одной почти детективной истории. В Третьяковскую галерею поступила старая икона из Успенского храма на Остоженке. Икона, почерневшая от времени, была отправлена на реставрацию. После проявления лика реставраторы ахнули — это была работа киевской школы иконописи XIV века. Редчайшая находка для Москвы! Стали гадать, откуда эта красота взялась в приходском остоженском храме. И по описям имущества церквей установили: икона происходит из церкви Николы на Киевце, в которой она находилась со дня основания.

Остоженка, со спускающимися к реке многочисленными переулками, и сейчас частично сохраняет историческую застройку тургеневских времен. А тургеневская усадьба и вовсе сберегла удивительный для столицы артефакт. Позади побеленного усадебного домика, обшитого досками, стоят несколько вязов — кусочек сада эпохи Му-Му. Не поленитесь, сходите и посмотрите, ведь срубить эти деревья ничего не стоит. Если идти от Садового Кольца (метро «Парк Культуры»), то усадьба будет справа. На фронтоне дома, украшенного строгими колоннами, висит табличка о том, что здесь жил Тургенев. Таблички о том, что здесь разворачивалось действие с Му-Му, нет, а жаль — как, интересно знать, москвич или гость столицы об этом догадается?

В Москве почти не сохранились места, связанные с произведениями эпохи золотого века российской литературы. Усадьба Тургеневых — счастливое исключение из правила обязательного разрушения архитектурных памятников в нашем городе, тем более, учитывая, что здание деревянное. Не досчитались мы только двух флигелей по обе стороны дома.

Отсюда Му-Му в лодке с Герасимом отправилась в последний в своей собачей судьбе путь. Помните, Герасим долго плыл по течению, и вот уже Москва осталась позади, показались Воробьевы горы. Показались и купола Свято-Андреевского монастыря. Вот вам хороший ориентир. Монастырь этот сегодня восстановлен, находится за Нескучным Садом. Летом он практически сокрыт зеленью на склоне берега, а над ним величаво парит советский небоскреб с метким народным прозвищем — одеколон «Золотые мозги». Это здание Академии наук на Ленинском проспекте, построенное в виде сдвоенной пары вытянутых коробок с замысловатым верхом. Верх выполнен из стальных конструкций, символизирующих нечто заумно-непонятное, окрашенных в царственный золотой цвет. Издали смахивает на мозги. Впрочем, другим видится сигаретный фильтр, откуда идет второе название этого монстра — «Две сигареты».

Почти напротив монастыря дворник вынужден был совершить злодеяние. На месте смерти Му-Му вы также не найдете никаких упоминаний об тургеневском произведении. Хотя — нет, одно, забавным образом связанное с Му-Му, все-таки есть. В Свято-Андреевском монастыре по инициативе настоятеля выращивают собак.

Источник: www.decopro.ru